«Теория полового отбора» Чарльза Дарвина не может объяснить то, для чего она была придумана самим Дарвином.

Впечатляющий веерообразный хвост павлина с узорами, похожими на глаза, имеет все признаки того, что он был создан – Дизайнером.

Поэтому неудивительно, что трудности с объяснением этого явления с помощью эволюции явно доставляли «головную боль» Чарльзу Дарвину. Точнее говоря: «Вид пера в хвосте павлина, всякий раз, когда я смотрю на него, вызывает у меня тошноту!». Это были его точные слова, написанные в 1860 году,¹ через год после публикации его (печально) известной книги «Происхождение видов». Только в 1871 году, одиннадцать лет спустя, Дарвин предложил свою «теорию полового отбора», пытаясь дать натуралистическое (эволюционное) объяснение перьям павлина и другим «кажущимся бесполезными» украшениям самцов.

В основном, идея Дарвина заключалась в том, что впечатляющие перья и веерообразный хвост самца павлина эволюционировали (т. е. возникли естественным путем) в ответ на выбор партнера самкой. То есть самцы с наиболее привлекательными хвостами были бы более привлекательны для самок, таким образом, они бы чаще спаривались и передавали больше своих генов, в том числе генов, отвечающих за привлекательность хвоста, следующему поколению.

Последующие широко известные исследования утверждали, что самки павлинов предпочитают самцов с роскошным хвостом, и это вскоре стало «частью канона эволюционной биологии».²

Однако подробные наблюдения исследовательской группы под руководством Марико Такахаси из Токийского университета «подвергают сомнению давнее убеждение, что перья самцов павлина эволюционировали в ответ на выбор самок».^{3 4} Исследование не обнаружило никаких доказательств того, что самки павлина выбирают партнеров в зависимости от качества хвостов самцов, что «противоречит теории Дарвина о половом отборе».⁵

Исследователи оценивали качество хвоста двумя способами. Во-первых, они измеряли длину хвоста. Во-вторых, они подсчитывали количество глазков на раскрытом хвосте. Чем длиннее хвост и чем больше глазков, тем выше «качество» хвоста. Затем они фиксировали, выбирают ли самки партнеров с хвостами наилучшего качества. Но, к их удивлению (и удивлению многих других эволюционистов), они обнаружили, что самки спаривались с «некачественными» павлинами так же часто, как и с «яркими», «высококачественными» самцами.

Итак, как сообщает New Scientist, исследователи пришли к выводу, что «хвост павлина не является объектом сексуального предпочтения самок, что противоречит теории Дарвина о половом отборе».⁶

Исследователи не ставили перед собой цель опровергнуть эту теорию – напротив, они планировали ее подтвердить. Но, несмотря на то что они продолжали свои исследования в течение семи лет, в течение которых наблюдали за 268 спариваниями в дикой популяции индийских павлинов (Pavo cristatus), исследователи не смогли установить связь между сложностью строения хвоста павлина и его успехом в спаривании.

Проще говоря, хвост самца не смог произвести впечатление на самок, не говоря уже о том, чтобы заинтересовать их.

Конечно, даже если бы самки были впечатлены, это не объясняет происхождение генов, кодирующих сложные хвостовые перья.⁷

В последние годы теория полового отбора Дарвина подвергается все более резкой критике.⁸ Последний громкий провал теории в объяснении того самого явления, для которого Дарвин ее и придумал, в основном возвращает эволюционистов к «исходной точке».

То есть, как и Дарвин в 1860 году, у них есть все основания смотреть на хвост павлина и чувствовать себя неловко!