Группы бурохвостых крапивников могут без труда исполнять 4-голосый птичий хор.

Псалмопевец писал, что птицы небесные «из среды ветвей издают голос» (Псалом 103:12). То, насколько хорошо они умеют петь, становится всё более очевидным для исследователей.

У различных видов птиц¹ пары (самец и самка) способны не только петь в тесно синхронизированном унисоне, но и исполнять антифонные дуэты. В песнях, исполняемых антифонно, самец и самка поют чередующиеся фразы, часто в быстрой последовательности и с настолько точным временем и согласованностью, что люди нередко принимали их за одну птицу, поющую в одиночку.

Обратите внимание: в антифонном дуэте вторая птица должна правильно и быстро распознать, какую песню из своего музыкального репертуара начала первая птица, чтобы правильно исполнить следующую фразу песни. В противном случае дуэт закончился бы преждевременно.

Исследователи отмечают, что «быстрые и точные звуковые обмены между животными могут свидетельствовать о замечательных способностях к восприятию и обработке информации» – и дуэтное пение является особенно ярким примером сложной звуковой коммуникации.² Хотя множество других существ также способны исполнять дуэты – например, лягушки, гиббоны, киты, – исследователи утверждают: «Пение птиц относится к числу самых сложных из всех звуковых дуэтов».² Кроме того, «исполнение идеально согласованных по времени антифонных дуэтов представляет собой значительную сложность, особенно учитывая, что разные типы фраз могут различаться по длине, а пары могут петь дуэты на разном расстоянии [что требует корректировки темпа]».²

Так что же остается от уничижительного выражения «птичьи мозги»? И что касается утверждения, что гиббоны и другие человекообразные обезьяны являются нашими «близкими эволюционными родственниками», то это ещё один случай,³ когда птицы (которые, как предполагается, не являются нашими эволюционными родственниками и имеют гораздо меньший мозг) демонстрируют когнитивные способности, сравнимые со способностями человекообразных обезьян или превосходящие их.

Еще один аспект, в котором эволюционные предпосылки вводят в заблуждение, заключается в том, что они могут снижать ожидания учёных относительно обнаружения в природе присущей ей сложности уровня замысла, в результате чего такие открытия вызывают удивление. Недавно исследователи задокументировали «удивительно быстрые» реакции самцов яркого кустарникового крапивника (Pheugopedius felix) на предварительно записанные песенные фразы самок – то есть в течение долей секунды.² Исследователи написали: 

«Чтобы это произошло, самец должен не только распознать, что он услышал пение самки яркого кустарникового крапивника, но также правильно определить, какую песню она исполнила (из 30–40 типов фраз), выбрать подходящий ответ из своего репертуара (30–40 типов фраз) и рассчитать продолжительность конкретной фразы самки, чтобы точно выбрать время для своего ответа. То, что некоторые самцы достигали этого без каких-либо других сигналов, указывает на сложную и быструю когнитивную обработку, лежащую в основе такого поведения».² (Выделение добавлено)

Такая сложная и быстрая когнитивная обработка также позволяет группам (то есть не только парам) бурохвостых крапивников (Thryothorus euophrys) исполнять замысловатые четырехголосые синхронизированные хоры, в которых партии самцов и партии самок сменяют друг друга по меньшей мере дважды в секунду.⁴ Это побудило Science News заявить, что 

«если учесть чередование с точностью до долей секунды, пение птиц превосходит человеческую вокальную виртуозность».⁵

Птицы поют, и люди поют, а неудачные эволюционные попытки объяснить существование таких звуковых способностей не отдают им должного. В отличие от этого, размышления псалмопевца о поющих птицах в Псалме 103 были на самом деле посвящены величию нашего Создателя, Суверенного Господа всего творения. Этот псалом начинается и заканчивается словами: «Благослови, душа моя, Господа» – и это также то, что нам следует петь благодарным хором Богу.